Корзина
12 отзывов
+74994081461
Владимир Ткач: «Когда увидел нашу технику в руках бойцов, которые собирались в Пальмиру и уже там находились, первое ощущение было – ощущение страха»
Производители
Контакты
STT-GROUP
Наличие документов
Знак Наличие документов означает, что компания загрузила свидетельство о государственной регистрации для подтверждения своего юридического статуса компании или индивидуального предпринимателя.
+7499408-14-61Начальник отдела Специальных работ
+7964641-03-02мобНачальник отдела Специальных работ
+7967225-05-50Инженер отдела Специальных работ
Ткач Никита
РоссияМосква13-я Парковая,21107589
378666593semenov9111
Карта

Владимир Ткач: «Когда увидел нашу технику в руках бойцов, которые собирались в Пальмиру и уже там находились, первое ощущение было – ощущение страха»

Владимир Ткач: «Когда увидел нашу технику в руках бойцов, которые собирались в Пальмиру и уже там находились, первое ощущение было – ощущение страха»

Генеральный директор «STT-group» Владимир Ткач рассказал журналистам программы «Открытым текстом», как отразилась непростая обстановка 90-х годов на работе предприятия и какую давнюю мечту специалисты реализуют сегодня.

Аббас Джума: Второй военно-технический технический форум «Армия-2016» продолжается, и  к нам присоединился генеральный директор компании «STT-group» Владимир Ткач. Владимир Николаевич, начнем с банального вопроса. Что представлено от «STT-group» на сегодняшнем форуме? 

Владимир Ткач: Получится довольно длинный список для перечисления, но можно коротко сказать – ряд изделий, а уже три из них принято на вооружение российской армии, которые используется в инженерной разведке. Но помимо этого мы в этот раз демонстрируем еще три новых изделия, которые пока в разной степени разработки, но которые предназначены для инженерной разведки, для саперных подразделений и для спецподразделений.  

А.Д.: Я тут недавно прочитал, что 80% государственных силовых структур и правоохранительных органов оснащены оборудованием вашего производства. Вы, в хорошем смысле этого слова, почти монополист. Это почему так – потому что вы лучшие, у вас самая качественная продукция, или так мало производителей в этой нише задействовано? 

В.Т.: К сожалению, на уровне своего понимания этого вопроса, не столь важно, что мы лучшие. Если Бог дал, что мы неплохо делаем технику, то это было бы неплохо. Но ситуация такова, что 90-е годы тяжелые так прошлись по ряду предприятий, что практически не осталось базы, которая позволяла бы эти изделия делать. И мы столкнулись с этим, и скажу откровенно, когда мы решали срочную задачу создания миноискателя, отдавая себе отчет в том, что мы сами не являемся большими специалистами в этой области, нам приходилось искать уже довольно немолодых людей, которые когда-то работали в этих отраслях, собирать их из Томска, Новосибирска и с ними решать эту задачу. То есть приходилось искать конкретных людей. 

А.Д.: Много у вас специалистов работает сейчас? 

В.Т.: У нас сейчас больше сотни. Но это с административным аппаратом, а специалистов порядка 60 человек. 

А.Д.: Говоря «специалистов», кого можно иметь в виду? 

В.Т.: Это инженеры, разработчики в области СВЧ, других направлений радиоэлектроники и радиотехники. Но помимо этого, спасибо Вам, что вы коснулись этого вопроса, очень важно, что с давних лет, уже лет 15 назад, мы поняли, что если иметь только инженерный состав и довольно узкокорпоративную группу, допустим, бывших сотрудников КГБ, то мы не сможем решать задачи более широкие, такие как инженерная разведка, саперные вопросы. Поэтому с нами работает многочисленная группа офицеров в запасе, офицеров их внутренних войск, прошедших кавказскую войну, из Министерства обороны военных саперов. И это позволяет, как мне кажется, относиться осознанно к постановке задачи по той или иной проблематике, которую мы хотели бы решить. Потому что, не имея такого очень важного вкрапления в личном составе, можно наизобретать такого, что не будет никому нужно. А нам не хотелось бы идти по такому пути.  

А.Д.: Вы сказали, что компания начала работать в лихие 90-е, работает и сейчас очень успешно. Вы можете сравнить, когда было сложнее с точки зрения вашей профессии? 

В.Т.: Наверное, каждое было по-своему сложным. Если говорить о 90-х и не вникать особо в детали, то как это ни печально, как это ни страшно, нам приходилось даже решать такие вопросы, как нам сохранить и уберечь свою фирму от бандитских наездок – приходилось делать и это. Было в какой-то степени проще, потому что заказчиками в основном были государственные силовые структуры. Они находились на голодном пайке с точки зрения приобретения специальной техники, поэтому на ура принимали наши технические решения, конечно, если они разумны и удовлетворяют их интересам. Прошло время, и понятно, что многое изменилось. И, наверное, изменилось в правильную сторону. Вот в настоящее время к нам подключена военная приемка. То есть за процессом разработок и производства ведется контроль со стороны военной приемки. Мы этому признательны, между прочим, потому что это повышает качество и учит нас многому. Нам повезло с приемкой, что они не только от нас требуют, но и подсказывают, как должно быть. И это идет на пользу, безусловно. Но наряду с этим возрос вал бумаги, которыми приходится отчитываться по любому поводу. Хотя понимаешь, что наведение порядка – видимо вещь благородная, необходимая. Но этот вал бумаги нас захлестнул настолько, что у нас теперь полноценный планово-экономический отдел, и бухгалтерия такая, что их больше, чем разработчиков и т.д. 

А. Д.: О том, что ваша продукция великолепная, говорят не только слова, не только наше с вами интервью, но и дело. Я имею в виду сирийскую Пальмиру, которая была освобождена от террористов. Я так понимаю, работы по разминированию этой территории велись с вашим оборудованием. Что за оборудование, было ли сложно, были ли нарекания? Вы наверняка получили отчет о результатах разминирования. 

В.Т.: Спасибо вам за оценку «великолепная». Должен сразу сказать, что поначалу, когда услышал в новостных программах, а, главное, увидел нашу технику в руках бойцов, которые собирались в Пальмиру и уже там находились, первое ощущение было – ощущение страха. Мы и так понимали, для чего мы делаем технику. Но когда видишь, что это идет в условиях боевой обстановки, то страх был неподдельный за то, как техника отработает. Хотя старались приложить все возможное и невозможное, чтобы она отработала нормально, но железо есть железо, поэтому страх был. Но было и огромное ощущение успокоенности и удовлетворенности, когда операция наконец-то была закончена, и мы не получили никаких нареканий. Даже прозвучали слова благодарности. Но что касается отклика с места, обратной связи, мы пока еще его в должной степени не получили, но планируем организовать встречу с офицерами, которые руководили этими группами, дабы понять, что не так. Не что так, чтобы нас хвалили, а именно послушать какие-то замечания, которые очевидны из практической эксплуатации. А что касается оценки, один из руководителей групп разминирования сказал следующее: «Ребят, если вашу технику оценивать по 10-ти балльной шкале, то ваша техника работала на 11 баллов». Слава Господи, что это так. 

А.Д.: А если касаться экспорта – вы что-то продаете за рубеж? 

В.Т.: Как это ни печально, надо признать, что экспорт «схлопнулся». 

А.Д.: В связи с кризисом? 

В.Т.: Наверное, в связи с кризисом, и, наверное, с санкциями, точнее с той позицией, которую заняли страны Запада в отношении нас. Потому что в начале 2000-х, когда в Москве еще была миссия НАТО и прочее, были некие подвижки в закупке нашей техники. Но через некоторое время мы поняли, что дальше закупки образцов дело не пойдет. И так к этому и относились. Но это что касается западных стран. Но экспорт продолжается, допустим, в Индию, Китай у нас закупает. Одно время очень широко закупал Израиль. Экспорт имеет место быть, но он существенно сократился, если сравнивать с 90-ми годами. 

А.Д.: Вы намерены работать в этом направлении? 

В.Т.: Мы продолжаем работать. Подтверждением серьезности намерений является то, что два года назад мы открыли представительство нашего предприятия в Мехико. И пока результаты очень интересные. У нас уже была представительная делегация Министерства обороны Мексики, это три офицера в ранге полковника из президентской охраны, из Министерства обороны из сухопутных войск, и еще одной спецслужбы. Активные связи идут и с мексиканской стороной, и пока первые результаты – это не столько закупки, сколько услуги, которые наши представители там окажут, проводя поисковые мероприятия. Дело в том, что за последние годы страны Латинской Америки активно интересуются нашей продукцией, даже были закупки со стороны Колумбии, противодействие террористическим актам со стороны наркомафии. Известно, что ситуация непростая и в Мехико, поэтому надеюсь, что наше представительство позволит активнее работать на латиноамериканском континенте. 

А.Д.: Какой разработкой, каким устройством Вы гордитесь больше всего, если хотите такой Опус Магнум в вашей области. Есть такая модель за последнее время? 

В.Т.: Хочется повторить сначала расхожую фразу коллег по нашей фирме о том, что чего бы мы ни делали – почему-то всегда получается нелинейный локатор. В данном случае я не буду оригинальным – очередная система нелинейной локации для обнаружения радиоуправляемых взрывных устройств, но смонтированная, доработанная, и смонтированная на подвижной бронебазе. То есть экипаж будет защищен от возможного подрыва, и кроме того система комплексная – она включает в себя как средства дистанционного обнаружения самодельных взрывных устройств, так и средства подавления каналов радиоуправления. То есть она и защищает себя, и обнаруживает. 

А.Д.: То есть радиоэлектронная борьба еще ведется? 

В.Т.: Да. Наша давняя мечта воплощается, и сейчас на стенде стоит на реально бронированном автомобиле, который принят на снабжение национальной гвардии, ну и надеемся, что армия тоже заинтересуется. 

Светлана Джума

vkontakte facebook twitter

Росинформбюро

Предыдущие статьи